Ветер, играя деревьев верхушками,

Окропляет землю дождевыми каплями,

И продрогшему мне кажется здесь:

Это вместе со мной рыдает сам лес".

Дейсейн хмыкнул, перехватил портфель в левую руку, подошел к стойке и позвонил.

В открытых дверях появился лысый с морщинистым лицом мужчина в черном костюме и уставился на Дейсейна, словно ястреб, увидевший свою жертву.

- В чем дело?

- Мне бы хотелось снять комнату, - сказал Дейсейн.

- У вас какие-то возникли проблемы?

Дейсейн ответил резким, вызывающим тоном:

- Я устал. И нуждаюсь в ночлеге.

- Ну тогда проходите, - проворчал мужчина. Он, шаркая ногами, прошел к стойке и подтолкнул Дейсейну регистрационный журнал в черном переплете.

Дейсейн достал ручку из кармашка в журнале и расписался.

Служащий вытащил медный жетон с ключами и сказал:

- Ваша комната - 52, рядом с той, где живет идиотская парочка из Лос-Анджелеса. Потом не обвиняйте меня, если они не будут давать вам ночью спать. - Он бросил ключи на стойку. - С вас десять долларов - для задатка.

- Я проголодался, - заметил Дейсейн, доставая бумажник и расплачиваясь. - Столовая открыта? - Он получил квитанцию.

- Закрывается в девять, - ответил служащий.

- Здесь есть посыльный?

- Вы выглядите достаточно сильным, чтобы самому отнести свой портфель. - Служащий указал рукой Дейсейну, куда идти. - Комната наверху, на втором этаже.

Дейсейн повернулся. Позади дилижанса имелось свободное пространство. Там в беспорядке были расставлены оббитые кожей стулья и тяжелые кресла, на нескольких восседали люди пожилого возраста, которые читали газеты и книги. Свет, окутанный тенями, исходил из медных массивных ламп, стоявших на полу.

Эта сцена, которую Дейсейн потом вспоминал неоднократно, была первым ключом к пониманию истинной природы Сантароги. Казалось, что владельцы гостиницы пытаются намеренно воспроизвести обстановку прошлого века.